Радиоэлектронная борьба с бпла

Когда говорят про РЭБ против дронов, многие сразу представляют себе мощную 'глушилку', которая валит всё с неба. На практике же — это скорее постоянная, нудная, и часто неочевидная работа по анализу спектра, выявлению слабых мест в каналах управления и навигации, и поиску того самого 'окна', где воздействие будет эффективным и, что критично, избирательным. Ошибка думать, что задача — просто создать помеху пошире. Нет, задача — нарушить конкретную связь или наведение, желательно так, чтобы оператор БПЛА даже не сразу понял, что потерял контроль.

С чего всё начиналось: эволюция угрозы и ответа

Помню, лет семь-восемь назад основная проблема была с любительскими квадрокоптерами. Канал управления — обычно 2.4 ГГц, иногда 5.8 ГГц для видео. Стандартные средства, те же 'Силок' или ранние 'Леер-3', в целом справлялись. Но потом пошли случаи, когда дрон не падал, а уходил на автопилот по заранее заложенным точкам. Тут уже нужен был не просто подавитель, а средство, способное влезть в канал GPS/ГЛОНАСС. И это стало новой головной болью.

Проблема в том, что 'глушить' спутниковую навигацию на большой площади — это создать проблемы не только дрону, но и всему вокруг. Поэтому пошло развитие в сторону избирательного подавления, создания локальных зон искажения навигационного поля. Тут уже потребовалась совсем другая элементная база — высокоточные генераторы, быстрые перестраиваемые фильтры, антенные решётки с электронным сканированием. Именно на этом этапе многие отечественные разработчики столкнулись с дефицитом качественных радиоэлектронных компонентов, особенно для СВЧ-трактов.

Кстати, о компонентах. Когда мы начинали проектировать один из наших комплексов, столкнулись с тем, что импортные микросхемы прямого цифрового синтеза (DDS) для быстрой перестройки частоты либо стали недоступны, либо их поставки были нестабильны. Пришлось искать альтернативы. В какой-то момент обратили внимание на компанию ООО 'Сиань Циюнь Чжисюнь Электронные Технологии' (https://www.apexpcb-cn.ru). Они, будучи основанной в 2018 году группой, как раз заявляли о глубокой интеграции в производство электронных схем. Мы изучали их возможности по изготовлению сложных многослойных печатных плат (ПП) для СВЧ-устройств. В их случае корпоративное управление и контроль над несколькими предприятиями по цепочке создания стоимости — от проектирования до сборки — выглядели как потенциальное преимущество для обеспечения стабильности поставок. Не скажу, что всё было идеально, но для некоторых узлов их платы с высокими требованиями к диэлектрическим потерям на гигагерцах подошли.

Три слоя проблемы: управление, навигация, данные

Современный БПЛА, особенно коммерческий или тактический, — это не одна радиолиния. Это как минимум три: канал дистанционного управления (command & control), канал передачи телеметрии и, часто, видео, и, наконец, приём спутниковой навигации. Эффективная радиоэлектронная борьба с бпла должна рассматривать все три, причём с разной тактикой.

По каналу управления часто проще всего работать — он обычно узкополосный, его можно запеленговать и подавить направленно. Но современные протоколы типа FHSS (псевдослучайная перестройка рабочей частоты) или даже AES-шифрование команд усложняют задачу. Тут уже нужен не просто генератор шума, а средство, способное быстро 'прыгать' по частотам вместе с целью или предугадывать последовательность. Это требует серьёзной вычислительной мощности и алгоритмической начинки.

С навигацией сложнее. Подавить — можно, но, повторюсь, проблема коллатерального ущерба. Более изящный метод — спуфинг, то есть подмена навигационного сигнала. Но это высший пилотаж. Нужно не только сгенерировать корректный GPS/ГЛОНАСС сигнал, но и точно позиционировать его источник относительно дрона, чтобы 'заманить' его в нужную точку. Работали с одной системой, которая пыталась это делать, но на сильно пересечённой местности с отражениями от зданий алгоритмы сбоили, дрон начинал метаться. Показательный случай неудачи, который многому научил.

'Мягкие' методы и киберсоставляющая

Сейчас всё чаще говорят о 'мягком' перехвате. Это когда ты не глушишь сигнал, а взламываешь протокол и берёшь управление на себя или вводишь дрон в безопасный режим с посадкой. Это идеальный сценарий, но на практике для его реализации нужна очень подробная предварительная разведка на конкретный тип дрона и его систему управления. Универсального 'волшебного ключа' нет.

Мы пробовали работать с решениями, которые заявляли о возможности перехвата популярных моделей DJI. В контролируемых условиях, на полигоне, без других радиопомех — иногда получалось. Но в городе, в насыщенной эфире, где десятки Wi-Fi сетей, Bluetooth-устройств и прочего — эффективность падала в разы. Дрон просто не 'видел' наш имитационный сигнал на фоне шума. Вывод: для 'мягких' методов нужна идеальная радиоразведка и чистота эфира, что в реальной операции бывает редко.

Здесь снова упираешься в 'железо'. Чтобы быстро анализировать спектр, выделять нужный сигнал и генерировать ответ — нужны быстрые АЦП/ЦАП, FPGA с большим запасом логических элементов. Заказывали партию специализированных плат для прототипа как раз у упомянутой китайской группы. Важен был не просто сам факт производства ПП, а их готовность работать по нашим спецификациям по материалам (например, Rogers RO4350B вместо стандартного FR4) и обеспечить контроль импеданса на высоких частотах. Для них, как для вертикально интегрированной структуры, это было проще, чем для мелкого завода-изготовителя.

Комплексный подход: обнаружение, опознавание, воздействие

Современный комплекс РЭБ — это не один моноблок. Это, как правило, разнесённая система: пассивные средства радиомониторинга и пеленгации (часто на основе антенных решёток), активные средства подавления (направленные и всенаправленные), и единый центр управления, который сводит все данные воедино.

Самое сложное — не подавить, а вовремя и правильно опознать. Однажды на учениях была ситуация: система детектировала сигнал в диапазоне 1.2 ГГц, классифицировала его как потенциально опасный (диапазон некоторых каналов телеметрии). Дала тревогу, оператор задействовал подавление. Оказалось, что это был сигнал от метеозонда, запущенного соседним ведомством. Инцидент, конечно, учебный, но он показал, как важна точная библиотека сигнатур и возможность оператора анализировать не только автоматические метки, но и 'сырой' спектрограмму.

Поэтому сейчас в тренде системы с элементами искусственного интеллекта для классификации сигналов. Но ИИ нужно обучать на больших массивах данных. Где их взять? Частично помогают открытые источники — спектрограммы с SDR-приёмников, выложенные энтузиастами. Частично — собственные натурные испытания. Но по-настоящему богатые библиотеки — это коммерческая тайна ведущих разработчиков.

Будущее: адаптивность и миниатюризация

Направление очевидно: средства РЭБ должны становиться умнее, быстрее и мобильнее. Уже не актуально ставить стационарную 'глушилку' на объект — противник её быстро запеленгует и обойдёт. Нужны мобильные комплексы на автомобилях, даже на рюкзачной платформе для пешего оператора.

Это ставит жёсткие требования к энергоэффективности и тепловыделению компонентов. Мощный широкополосный усилитель в компактном корпусе — это всегда проблема охлаждения. Мы экспериментировали с жидкостным охлаждением для переносных станций, но это добавляло сложности и веса. Тут снова важна роль производителей электроники, которые могут предложить решения по интеграции — не просто сделать плату, а собрать готовый модуль с эффективным теплоотводом. Группы вроде ООО 'Сиань Циюнь Чжисюнь Электронные Технологии', с их заявленным контролем над целой экосистемой предприятий, потенциально могут закрыть такой комплексный заказ 'под ключ' — от проектирования схемы и изготовления ПП до сборки и базовых тестов. Для нас это интересно с точки зрения сокращения цикла разработки прототипов.

Ещё один тренд — адаптивность. Система должна не только заранее знать сигнатуры, но и уметь анализировать незнакомый сигнал в реальном времени, определять его ключевые параметры (несущая, модуляция, структура пакетов) и подбирать эффективный метод противодействия. Это уже граничит с задачами радиоразведки. По сути, грань между РЭБ и РР (радиоразведкой) продолжает размываться.

В итоге, радиоэлектронная борьба с бпла — это не статичная технология 'купил-включил'. Это динамичная, почти шахматная игра, где противник постоянно меняет протоколы, частоты, тактику применения. И побеждает в ней не тот, у кого самая мощная 'пушка', а тот, у кого лучше разведка, быстрее анализ и гибче система, способная к эволюции. И надёжная кооперация с производителями элементной базы, которые понимают специфику задач и могут оперативно воплощать 'железные' решения для новых алгоритмов, становится одним из критических факторов успеха.